|
|
|
7. „БАЧВАНСКО-СРИМСКИ РУСНАЦИ ДОМА И У ШВЕЦЕ (1745–2001)“, IV том, „Ремеселнїцтво, тарґовина и погосцительство“, НВУ „Руске слово“ и Грекокaтолїцка пaрохия св. Петрa и Пaвлa, Нови Сaд, Нови Сад, 2004, 644 боки, 500 прикладнїки.
Рецензиї и одгуки: ЛАТЯК, Дюра; IV. Библиоґрафия под 82; Н. Д.: IV. Библиоґрафия под 88; ГАРДИ, Дюра: IV. Библиоґрафия под 89; РАМАЧ, Янко: IV: Библиоґрафия под 90.
ГАРДИ, Дюра
ДЇЛО О СОЦИЯЛНЕЙ И ПРИВРЕДНЕЙ ИСТОРИЇ РУСНАЦОХ (Рецензия кнїжки)
Штварти том кнїжки Мирона Жироша Бачванско-сримски Руснаци дома и у швеце, як визначене у його поднаслове, пошвецени ремеселнїцтву, тарґовини и погосцительству при Руснацох. З тим дїлом новинар, виглєдовач и историоґраф Мирон Жирош у своїм творчим подняцу заокружел ище єдну значну историоґрафску тему з прешлосци Руснацох. Зоз публикованьом штвартого тома дїла Бачванско-сримски Руснаци дома и у швеце 1745–2001, помали ше одкрива „физиономия” Жирошового проєкта котри пошвецени прешлосци бачванско-сримских Руснацох.[1] У нїм ше автор намага през историоґрафско-публицистични приступ облапиц сущни и характеристични структури їх прешлосци и идентитета. Найновша кнїжка Мирона Жироша, на 643 бокох, представя обсяжну моноґрафию хтора през дваиполвиковни континуитет (1745–2001) провадзи єдну окремну социялну и економску обласц историї Руснацох на подручу Бачки, Срима и Славониї. По своєй методолоґиї дїло припада ґу историоґрафиї хтора часточно преткана з белетристичним стилом викладаня. Вельочислени историйни жридла представяю материял на хтори ше автор операл у роботи. У своїм витирвалим виглєдованю Мирон Жирош рушел од архива Ремеселнїцкого здруженя у Керестуре, як и других населєньох дзе Руснаци жию, же би сцигнул по Архив Войводини и фонди Державного архива у Будапешту. Порцийни и державни пописи, цеховски привилеґиї, записнїки, звити, рахунково кнїжки и школска документация, творя корпус примарних историйних жридлох хтори єдинствено, виродостойно и илустративно шведоча о теми хтору кнїжка обрабя. Тот сеґмент дїла його окремна вредносц. Хаснуюци статистичну методу у виглєдованю приказаних пописох автор приходзи до валидних заключеньох и интересантних замеркованьох. Як историйне жридло похаснована и преса и нєзвичайно вельке число информаторох – приповедачох (90 особи). Од нїх автор призначел паметаня о ремеслох, животних судьбох и прешлосци. Тота файта призначкох дава роботи и етноґрафску димензию, уводзаци ю при тим до обласци историї каждодньового живота. У дїлу нє хасновани наукови апарат, алє з оглядом же воно ма наменку обрациц ше ґу широкей читательней публики, таке опредзелєнє розумлїве. Рукопис составени зоз осем цалосцох хтори орґанизовани по тематским и хронолоґийним принципе. Централне место у кнїжки обдумано припадло ремеселнїцтву хторе, як сам автор на вецей местох визначел, после польопривреди представяло другу привредну и еґзистенциялну дїялносц од важносци за Руснацох. Тарговина и погосцительство ше у процесу историйного розвою рускей заєднїци природно надовязали на ремеселнїцтво, як зродну привредну обласц, цо автор у конципованю теми добре замерковал. Перши три цалосци кнїжки провадза ремеселнїцтво од часох снованя Керестура, першого руского населєня у Бачки (1751), по 2001. рок. Вельки историйни збуваня и политични пременки яки зоз нїма шлїдзели одредзели хронолоґийни рамик тих поглавйох. Знука нїх, роки здобуваня цеховских привилеґийох у Коцуре 1827. и Керестуре 1834, були часово и тематски точки на хторих ше Мирон Жирош оправдано застановел. Друге поглавє окреме заслужує увагу. У нїм змистово обробена тема институционалного (школского) образованя ремеселнїкох у периодзе од 1926. по 1958. рок. Штварта часц, насловена Тарґовина и погосцительство 1745–2001, приказує историйни розвой тих двох привредних обласцох. Подобно предходним поглавйом, и на тот завод автор найвекшу увагу пошвецел двом главним руским населєньом – Керестуру и Коцуру. У тим контексту, вон знова поровнує стан у Керестуре и Коцуре зоз околносцами у Кули и Вербаше, местами ґу хторим вони ґравитую. Прейґ анализи статистичних податкох прекрашнє ше указує на економску моц и розвой спомнутих населєньох. Пията часц одноши ше на ремеселнїцтво, тарґовину и погосцительство у других населєньох дзе жию Руснаци. У нєй ше дава прилог преучованю ремеселнїцтва, тарґовини и погосцительства у значним чишлє населєньох, од Дюрдьова и Нового Саду, по Шид, Сримску Митровицу, Миклошевци и Петровци. Шеста цалосц, Майсторски фамилиї и седма, Привреднїки и познати майстрове, даваю кнїжки окремни печац. Хаснуюци свой препознатлїви новинарско-наративни стил, Мирон Жирош виприповедал коло 50 историї, углавним майсторских, фамилийних и индивидуалних судьбох и традицийох. А традиция була и остала фундамент ремеселнїцтва. През тоти питки историяти майсторских фамилийох и чесних животних драгох автор субтилно закрочел до менталитета ремеселнїцтва и ремеселнїкох. Ремеселнїцкому духу заєднїцтва и солидарносци з валалом пошвецене осме, остатнє поглавє дїла: Дружтвена и церковна дїялносц майстрох, тарґовцох и погосцительох. Майстрове, а потим и тарґовци и погосцителє, од валала жили и витримовали свойо фамилиї, алє валалу нєсебично, з добродїйством и врацали. Лєм час менял форму и обласци їх дружтвено хасновитей роботи. Обсяжносц дїла, медзитим, дакеди идзе на чкоду систематичносци. У виборе концепциї теми могло ше вихабиц, правда квалитетни, прегляд розвою державного, односно дружтвеного сектора мануфактурней продукциї, тарґовини и погосцительства у даєдних руских населєньох. На другим боку, то пошлїдок авторового опредзелєня же би спознанє прешлосци, у цо вецей зродних обласцох привредного дїлованя, представел широкому кругу читачох. Кнїжка Мирона Жироша у вецей значних сеґментох потвердзує свою вредносц. Вона представя по нєшка найобсяжнєйши историоґрафски прегляд прешлосци и розвою ремеселнїцтва, тарґовини и погосцительства при Руснацох. Винєшена фактоґрафия у широких хронолоґийних рамикох доприноши спатраню зложених привредних и социялних процесох, же би источашнє дополнєла спознаня о цалосней историї Руснацох на подручу Бачки, Срима и Славониї. Єден з резултатох авторового виглєдованя вшелїяк представя провадзенє и одредзованє росту економскей улоги ремеселнїцтва, тарґовини и погосцительства при рускей заєднїци. Тот рост мал и значну социялну димензию у условийох кед ресурс жеми – як бази за польопривредну продукцию и дружтвене положенє – бул огранїчени. През цали час, ремеселнїцтво, тарґовина и погосцительство були алтернатива и ношитель дружтвеного проґреса знука социялней структури при Руснацох. Дїло по своєй тематики представя и значни прилог историї старих ремеслох, їх дружтвеней улоги и професийней орґанизациї. У тим поглядзе виглєдованє Мирона Жироша важне нє лєм за историю Руснацох, алє и за историю велїх бачких и сримских местох, та и ширше. Праве тоти факти одкриваю димензиї авторовей виглєдовацкей роботи. Дойсц до валидних податкох, превериц их и систематизовац, пре розшатосц и малочисленосц рускей заєднїци, алє и розшатосц историйних жридлох, мушело представяц праве подняце. На щесце, за науку и читачох, воно було удатне. У дїлу ше споминаю прейґ 600 особи, їх дїялносц, фамилийни-ремеселнїцки традициї хтори знали континуовано тирвац през вецей ґенерациї. Ридко хтора руска фамилия нє ма у роду або медзи предками голєм єдного ремеселнїка, тарґовца, погосцителя. История ремеслох, тарґовини и погосцительства при Руснацох, автора Мирона Жироша, источашнє и история руских фамилийох и родзинствох. Жирошово викладанє провадзене з нєзвичайно вельким числом автентичних фотоґрафийох. Вони на окремни способ збогацую дїло. Як шведкове часу и историйне жридло, представяю вредносц хтора у велїх случайох виратована од забуца и траценя. На концу, треба констатовац же найновша кнїжка Мирона Жироша представя замерковане доприношенє историоґрафскей науки.
(ГАРДИ, Дюра: IV. Библиоґрафия под 89)
|
[1] Пред штвартим томом дїла Бачванско-сримски Руснаци дома и у швеце 1745–2001, публиковани I, II и V том. Поровнац: Мирон Жирош, Бачванско-сримски Руснаци дома и у швеце 1745-1991, том I-II, V, Нови Сад 1997–1998, 2003.